У этих трех аятов суры «Фатх» имеется много сторон, проявляющих чудо (и’джаз) Корана. Одна из десяти общих сторон чуда Корана – сторона, касающаяся пророчеств, – проявляется в этих трех аятах в семи-восьми видах.

“Во имя Аллаха Милостивого, Милосердного. Приблизился час, и раскололся месяц. И если видят они знамение, то противятся и говорят: “Это - продолжающееся волшебство”. (Коран, 54:1-2)

Философы и их бездумные последователи, желающие своими безосновательными сомнениями затмить такое яркое как луна чудо Пророка Мухаммеда (МЕИБ), как раскалывание месяца, говорят: “Если бы раскалывание месяца произошло, об этом знал бы весь мир, и это должна была бы передать всеобщая история?”

Я скажу, как сказал Мауляна Джами :

“О Посланник! Что если б я вошел в сады Эдема подобно псу асхабов (обитателей) Как это так, что пес обычный в Рай войдет, а я войду в Геенну. Тот - он пес асхабов пещеры... Да буду псом твоих асхабов я!”

Эту сугубо личную брошюру я написал двадцать два года назад, находясь в селении Барла Испартинского вилайета, предназначив ее справедливому губернатору г. Испарты, судебным органам, полиции и своим самым близким и искренним братьям. Представляю ее вам, поскольку она отражает связь с жителями и властями Испарты. Если посчитаете уместным, напечатайте несколько ее экземпляров на печатной машинке, чтобы и те, кто уже двадцать пять - тридцать лет копаются в моих личных делах и следят за мной, поняли, что у нас нет никаких тайн и секретов. Пусть они знают, что самой скрытой нашей тайной является эта брошюра!

Продолжаем публикацию эпизодов биографии С. Нурси. Здесь описывается период его жизни в заключении в г. Эскишехир и первый суд над ним и его произведениями (при новом режиме). Интересны параллели в истории Нурси и его учеников в Турции того времени и его книг и читателей в современной России:
"Из всего произошедшего – слишком бурной реакции министра внутренних дел и правительства, а также ажиотажа, поднятого прессой, слухов, распускавшихся как в Испарте, так и в Эскишехире, – становится совершенно ясно, что основной целью этих действий было расправиться с Нурси. Предъявленные обвинения включали нарушение принципа секуляризма, а также нарушение статьи 163 Уголовного кодекса путем использования религии в политических целях «с идеей политической реакции» и путем организации группы, создающей угрозу общественному порядку. Суд находился под давлением министра внутренних дел, требовавшего вынесения обвинительного приговора Нурси. ... Вовлечение правовой системы в этот заговор и попытка оправдать его цели во имя закона было грубейшей ошибкой, подрывавшей доверие к правовой системе и навлекшей как на закон, так и на правовую систему дурную славу":